Представьте:
вы сидите с ребёнком.
Открываете книгу.
И на первой странице — Саша, бегущая по шоссе:
— одна нога — в кадре,
— другая — уже за пределами,
— шляпа — в воздухе,
— рот — открыт в точности так, как нужно для «ш-ш-ш».
И вы не говорите: «Повтори».
Вы — вступаете в игру:
— хлопаете в такт,
— делаете гримасу вместе с Кондратом,
— показываете пальцем: «Видишь? Вот где сидит “р” — в горле у этого кота!».
«Попробуй, повтори!» — не сборник текстов с картинками.
Это — языковой театр, поставленный художником:
🔹 Скороговорки — не для заучивания, а для проживания:
— «Три сороки-тараторки тараторили на горке» — и на иллюстрации — три птицы, каждая с разным акцентом, будто спорят, кто быстрее,
— «Везёт Сенька с Санькой Саньку на санках» — и Санька, сидящий сзади, уже тянет руку к санкам впереди — потому что знает: сейчас будет “с-с-с” — и всё полетит!
🔹 Александр Аземша — не «детский иллюстратор».
Он — лингвист-визуал:
его рисунки — это звук, остановленный в движении:
— уши зайца — как буква «з»,
— хвост кошки — изгибы «ш»,
— поза бегущего мальчика — ритм фразы, выстроенный в пространстве.
🔹 Формат 182×222 мм — не «крупный», а театральный:
книгу можно поставить на стол — и играть, как в кукольный спектакль,
перелистывать — и хлопать, как в зале,
закрывать текст ладонью — и угадывать фразу по движению руки на картинке.
«Хорошая книга о речи — не та, что учит “говорить правильно”.
А та, после которой ребёнок сам подбегает к вам и говорит:
“Слушай, я придумал:
‘У Аземши усы — как скороговорка!’”».
Эта книга — для детей 3–7 лет, которым не нужно «развитие», а — радость владения своим языком,
для родителей, уставших от «проговаривай чётко»,
для логопедов, верящих: лучшая коррекция — это смех над трудностью,
и для *всех, кто когда-то запинался на “Ехал Грека” —
и до сих пор, начиная фразу,
чувствует:
“Сейчас будет — взлёт”
